История моих злоключений

4:28pm: obligatory
Я сейчас довольно часто пишу в твиттер.
http://twitter.com/nnikif
Заходите туда!
На всякий случай: если под мессаджем подписано in reply to, это есть ссылка, на которую можно кликнуть, чтобы понять, на что reply.

5:16pm: Формула
Если изучать подробности жизни Майкла Джексона, кажется, что она специально была прожита как сценарий голливудского биопика.
читать дальше

1:22pm: Вечные тайны земли

Трауберг тема интересная. Старушка "святая простота". С одной стороны, как собственная личность, она была очень привлекательна, с другой, творила беспредел, который лично я заметил уже много лет назад, но который, по-моему, не является всеобщей очевидностью.

В западном мире и Льюис и Честертон -- резко выраженные троглодиты, реакционеры и консерваторы. Любить троглодитов или нет вопрос личный. Я вполне себе представляю ситуацию собственного превращения в таковые.

Главное преступление Трауберг -- то, что она у Честертона и Льюиса повыдергала клыки. От чего весь пафос конфликта традиции с "либерализмом" испарился. Осталось "многие люди не веруют в бога, господа им не понять, им не доступна святая дорога, им не дана благодать". И она еще на этом очень настаивала, Борхеса, увидевшего в Честертоне темную сторону, ругала за непонимание простых райских истин.

В результате, в русской культуре переведенные ею авторы присутствуют как аномалия, как прекраснодушная советская диссидентская фантазия о "духовности", плавающая в океане совершенно отдельно от материка действительного 20го века.

Сама Трауберг при этом не вызывает большого раздражения, она сделала то, за что болела. Но разные безграмотные или ленивые критики, рассказывающие, про то, какой безусловный она авторитет, бесят безмерно. Наивная патока Трауберг терпима, но пропущенная через фарисейство литературоведов делается уже невозможной.

По теме:
http://wyradhe.livejournal.com/58077.html
http://lkhvch.livejournal.com/503160.html

1:33pm:

5:03am: This day. Morituri te salutant.

I will participate in the demonstrations tomorrow. Maybe they will turn violent. Maybe I will be one of the people who is going to get killed. I’m listening to all my favorite music. I even want to dance to a few songs. I always wanted to have very narrow eyebrows. Yes, maybe I will go to the salon before I go tomorrow!
There are a few great movie scenes that I also have to see. I should drop by the library, too. It’s worth to read the poems of Forough and Shamloo again.
All family pictures have to be reviewed, too. I have to call my friends as well to say goodbye.
All I have are two bookshelves which I told my family who should receive them.
I’m two units away from getting my bachelors degree but who cares about that. My mind is very chaotic.
I wrote these random sentences for the next generation so they know we were not just emotional and under peer pressure. So they know that we did everything we could to create a better future for them. So they know that our ancestors surrendered to Arabs and Mongols but did not surrender to despotism. This note is dedicated to tomorrow’s children.

http://andrewsullivan.theatlantic.com/the_daily_dish/2009/06/before-the-battle.html

Перевод:

Завтра я пойду на демонстрацию. Возможно, там прольется кровь. Возможно, я буду одной из убитых. Я переслушиваю свою любимую музыку. Под некоторые песни хочется танцевать. Всегда хотела узкие брови! Может быть, сходить утром в парикмахерскую?
Хочется посмотреть несколько эпизодов любимых фильмов. Хорошо бы заглянуть в библиотеку. Перечитать стихи Форуг и Шамлу.
Надо пересмотреть семейные фотографии. Позвонить друзьям и попрощаться.
Вся моя собственность -- две книжные полки; я сказала родным, кому их передать.
Мне осталось практически ничего до бакалаврского диплома, но какая разница. В голове сумятица.
Я записала эти слова для следующего поколения. Я хочу, чтобы они знали, что дело было не в эмоциональном разгуле и не в стадном чувстве. Что для их лучшего будущего мы отдали все, что у нас было. Что их предки подчинились арабам и монголам, но не подчинились деспотизму. Эта запись посвящена завтрашним детям.

9:48pm: let there be blood
Группа "Комба Бакх", вероятно, скоро напишет песню с припевом
"Ахмадинежад,
Давай джихад!
Давай, дави
Мусави!"

Продвинутые музыкальные критики обязательно нам объяснят, в каком смысле это гениально.

6:30pm: Re: The Iran Uprising
Pythagoras planned it. Why did the people stare?
His numbers, though they moved or seemed to move
In marble or in bronze, lacked character.
But boys and girls, pale from the imagined love
Of solitary beds, knew what they were,
That passion could bring character enough,
And pressed at midnight in some public place
Live lips upon a plummet-measured face.

No! Greater than Pythagoras, for the men
That with a mallet or a chisel" modelled these
Calculations that look but casual flesh, put down
All Asiatic vague immensities,
And not the banks of oars that swam upon
The many-headed foam at Salamis.
Europe put off that foam when Phidias
Gave women dreams and dreams their looking-glass.

One image crossed the many-headed, sat
Under the tropic shade, grew round and slow,
No Hamlet thin from eating flies, a fat
Dreamer of the Middle Ages. Empty eyeballs knew
That knowledge increases unreality, that
Mirror on mirror mirrored is all the show.
When gong and conch declare the hour to bless
Grimalkin crawls to Buddha's emptiness.

When Pearse summoned Cuchulain to his side.
What stalked through the post Office? What intellect,
What calculation, number, measurement, replied?
We Irish, born into that ancient sect
But thrown upon this filthy modern tide
And by its formless spawning fury wrecked,
Climb to our proper dark, that we may trace
The lineaments of a plummet-measured face.

W.B. Yeats, The Statues

9:20pm: Из чудес святого Николая ("Золотая легенда").

Один человек взял у еврея деньги в долг, поклявшись на алтаре Святого Николая вернуть их при первой возможности. Поскольку он не спешил возвращать долг, еврей попросил его назад, но человек заявил, что все уже вернул. Его вызвали к судье, который потребовал с него клятвы в том, что он возвратил долг. Он же поместил деньги внутрь полой палки, и перед тем, как приносить клятву, попросил еврея подержать ее. Затем он поклялся, что вернул деньги с излишком, и взял палку назад; еврей вернул её, не догадываясь об обмане. По пути домой мошенник заснул у дороги, и его задавила насмерть повозка, которая также разломала палку, и из нее рассыпались деньги. Услышав об этом, еврей поспешил к тому месту и понял, в чем была хитрость. Прохожие советовали ему взять деньги, но он отказывался, если только мертвеца не вернут к жизни силы Святого Николая; в этом случае он обещал сам стать христианином и принять крещение. В тот же миг мертвец ожил. Еврей принял крещение именем Иисуса Христа.

9:03pm: The forgotten creed
Выложил на YouTube "Уцелевшего из Варшавы" Шенберга -- из фильма Simon-а Rattle про музыку 20-го века, Leaving Home, насколько понимаю, хорошего.
Мощнейшая вещь:

11:20am: Из "Единственной ревности Эмер"

Переложил вчера стих Йейтса:

Ее красота – как белая,
Слабая белая морская птица,
После бури ночной, оробелая,
Между двух борозд вспаханной суши:
Выбросила внезапная буря птицу
Между двух борозд вспаханной суши.
Сколько веков, истраченных
Труженицей-душой,
Сколько вех обозначенных,
Далекой, слепой, глухой,
Ниже крота, выше орла,
Вне архимедова ремесла,
Взрастили ее такой
Красотой?
 
Странную, хрупкую безделушку
Вынесла беспокойная глубь морская,
Бледную, изысканную ракушку
Туда, где шумит отмель перед рассветом.
Внезапная буря падает, не смолкая,
В темноте на берег перед рассветом.
Смерть какая, какой кнут,
Какие оковы, что создала сама, --
Их ничьи руки не разомкнут, --
Заперев себя в лабиринт ума?
Какой побег, что за бег вслед,
Какие раны, что за кровавый гнет,
Выволокли ее такой
Красотой?
( оригинал )

10:59pm: в теологическом аспекте

А кто-нибудь пробовал смотреть на вопрос копирайта с точки зрения гностицизма? Господь Бог есть изначальный Автор. И авторские отчисления его велики.

3:34pm: John Cowper Powys

What also struck me was its casual attitude toward polymorphous sex. "Natural or unnatural," one of the characters says, "it's nature. It's mortal man's one great solace before he's annihilated."

<…>

"Dwarfs, morons, idiots, imbeciles, hunchbacks, degenerates, perverts, paranoiacs, neurasthenics, every type of individual upon whom the world looked down, I loved ... admired ... and imitated." (An Irresistable Long-winded Bore)

11:58pm: Ностальжи

Оказывается, есть целая большая автобиографическая книга про Грибных Эльфов, “Сказки темного леса”. Почитал, точнее, пока только полистал, вспомнил свои 15 лет. (Конец моего знакомства с “ролевым движением” хронологически соответствует где-то 80ой странице). По-моему, я там ни словом не упомянут, хотя, кажется, по какой-то из пьянок меня даже объявили почетным грибным эльфом. Но и хорошо, что не упомянут – относился тогда к тому самому противному типу занудно-толкинутых, драться не умел, наркотики вообще не употреблял.

Даже вспомнить не могу, с какими из грибных  тусовался. Из тумана проступают, совсем смутно, только Джонни, Барин и Гоблин. Может быть, Крейзи.

Барин, помню, рассказывал отличную историю про то, как он занимался “ролевой игрой на местности”:

Прихожу в кабак на окраине [Питера]. Чтобы начать игру, выпиваю potion водки. Вступаю в спор с чернью. Достаю из рюкзака меч, начинается бой. Прихожу в себя в канаве. Продолжаю игру.

Еще был сюжет с двумя из грибных, которые кушали жареные мухоморы, и нам с кузеном предлагали (мы не взяли).

“Засеките время! Если мухоморы плохо приготовились, то мы через полчаса начнем подыхать. Если не начнем, это хорошо: если не начнем подыхать и через три часа, то, значит, мухоморы приготовились совсем правильно”.

А на “Кринн-95” под Москвой меня, после употребления спиртных напитков, двое грибных несли на руках; один при этом шел по синусу, другой по косинусу. В среднем, соответственно, тело двигалось по прямой.

Это все, впрочем, личные и, возможно, ложные воспоминания, а книга написана удивительно хорошо, четко, хорошо сделана, и, вместе с комментариями, являет собой, среди прочего, бесценный исторический источник.

10:44am: all time is unredeamble
Большая часть сборника Йейтса Responsibilities связана с судьбой картинной галереи, которую хотели устроить в Дублине, но которую патриотическая общественность устроить не дала, чтобы та не мозолила глаза окружающей нищете дороговизной бесполезных искусств. В галерею предполагалось купить Моне/Мане/Ренуара и прочих.
Интересно, приходило ли в голову кому-нибудь устроить в Дублине выставку, состоящую из: репродукций не попавших в город картин, газетных патриотских антидекадентских статей, стихов Йейтса? Что толпа, объединившись вокруг моральной цели, может совершить много гнусного, всем давно известно, но одно дело это знать, другое -- так явственно ощутить.

7:54pm: Красавцы






Может, ошибаюсь, но, по-моему, в ЖЖ есть довольно ограниченный набор портретов, выражающих альтернативную одухотворенность, повторяющийся на аватарах и пр. А между тем, картинок таких буквально сотни!

4:28pm: Вечное возвращение
Которую уже неделю читаю неторопливо плутарховские жизнеописания. Там упоминается (в основном, мельком) много "демагогов, смущавших толпу". И вот, смотришь вчерашний ролик с Fox News:

И видишь проявленный архетип. Свежий как утро. Как утро пять тысяч лет назад. Все наши чувства и мысли, конечно, повторяют чувства и мысли других, но обычно этого особенно не замечаешь, поскольку чувства и мысли эти "нормальны". Когда же перед тобой проявление массового безумия, в точности повторяющие формы, какое это массовое безумие имело и до рождества Христова, ощущение неизменности всего, и резких перемен тоже, делается особенно сильным.

He spoke. And drank rapidly a glass of water.

11:41pm: лица (watchmen)
действительно, вот он кого напоминал

12:37am: идею об полисемантической разнице и ноуменизации древнего и нового языка
Русскую википедию почти не читаю, но сегодня занесло. Наткнулся на такой фантастический бред:
Кто знает, скажите, такого там много?

10:32pm: о поверхностях
Когда говорю о том, как в жизни удобна электронная книга-читалка, о том, что в нее без труда загружаются книги, на поиск которых при прочих равных пришлось бы потратить месяцы времени и сотни долларов, слышу обычно разной осмысленности луддистские аргументы.
Случаются совсем дикие: "я и с экрана компьютера не могу читать, глаза болят". (Это не экран компьютера! Он не светится! В том и смысл!)
Но чаще что-то в таком роде: "я могу читать только бумажные книги. для меня важна фактура, запах бумаги, физическое ощущение".
Это личное, но для меня все наоборот. Электронная читалка, конечно, более всего пригодна для фикшена, который читается от начала до конца. В электронном тексте можно все найти компьютерным поиском, но с подсознательным физическим знакомством с текстом (поэтическим, культурологическим -- вообще, любым, к которому возвращаешься часто), возможностью все моментально пролистать он сравниться не может. Поэтому от напечатанных книг отказываться не собираюсь, хотя стараюсь их количество ограничивать. Но вот физические, подсознательные ощущения от книг у меня почти всегда негативные. Я ненавижу их запах! Я ненавижу запах букинистических магазинов и их обстановку, в воздухе там повисшие смерть и забвение, не люблю книжных продавцов, не люблю библиотеки, не люблю зачитанные страницы. Для меня хождение в магазин сродни спуску в ад за сокровищами -- необходимое действие, но никакой радости в нем нет. 
И, конечно, есть исключения, но стихи, например, на бумаге почти всегда видятся не жителями, а постояльцами. Существо их к фактуре бумаги никакого отношения не имеет, в том виде, какой они, напечатанные, имеют, не следует искать ничего, кроме исторических обстоятельств.

1:33am: ripeness is all
Обычная история про биографию Йейтса примерно следующая: он был второстепенный романтически-прерафаэлитский поэт, определенной славой обязанный прежде всего провинциальности свой родины; Эзра Паунд его пробудил от догматической спячки, научил модернизму; Йейтс себя "изобрел заново" и полуслучайно написал сколько-то гениальных, невырубаемых из английского языка стихов.
Сейчас вот читаю ранние, первых годов двадцатого века, эссе Йейтса, и вижу, что все совсем не так. Он пишет очень ясно, очень аналитично, очень скупо. Критические тексты Паунда -- и Элиота тоже -- рядом с Йейтсом кажутся модной дребеденью. Если что Йейтса от спячки и пробуждало, то это конкретные события -- первая мировая, ирландское восстание 16-го года и т.д. А все, что он говорил про "модернистов" -- элементарная вежливость. В целом же, вся его деятельность укладывается в один непрерывный, очень аристократический и независимый проект. В этой вот "проектной" цельности, внутренней соразмерности и уверенности в собственной правоте в русской литературе с Йейтсом может сравниться только Пушкин;  при этом, конечно, темы, которые Йейтс поднимал, на порядки сложнее.
Вообще, это такое радостное открытие, которое иногда повторно совершаешь: за этими простыми, всем навязжими строкам, скрывается поэт исключительной интеллектуальности, и, в то же время, огромной душевной чувствительности, чуткости и смелости.

5:07pm: Исчезновение
Несколько цитат из "Испытания лабиринтом" (беседы с Мирчей Элиаде):

В двух снах, которые вы опубликовали в “Выдержках из дневника”, поднимается вопрос памяти. В первом вы припрятали какие-то ценные вещи и забыли где, вам угрожает потеря памяти, вы стоите на коленях перед вашей женой, которая одна может вас спасти... Что касается другого сна, то привожу дословно цитату: “Два старца, которые умирают, каждый в своем одиночестве. Вместе с ними навеки исчезнет — без свидетельства, без следа — замечательная история (и я знаю какая). Давящая печаль. Отчаяние. Я уединился в соседней комнате и начал молиться. Я говорил себе: если Бог не существует, все кончено, все абсурд”.

( Read more... ) Я могу представить себе общество, лишенное какого бы то ни было интереса к разрушенной, забытой, презираемой Европе. Это кошмар, но вероятие его есть.</p>

Когда смотрел "Юность без Юности", было впечатление, что именно это -- главная тема, а не фантастика, путешествия во времени, любовь и прочие сходства с дурацким фильмом про Бенджамина Баттона.
Ровно то же, по-моему, задает основное настроение "Ночного дозора" Гринуэя. Собственно, фильмы не про "Европа умирает, давайте сохраним самое ценное", а про "Европа кончилась, ценное сохранять уже поздно, но можно перебирать некоторые фрагменты руин -- это вызывает приятную меланхолию".
Очень обидно, кстати, что книгу "Юность без юности" нигде не достать -- волшебной, должно быть, силы вещь.

1:25am: физкультурники шутят
У Чарльза Лэма в эссе "неполные симпатии" рассказывается про человека, который при первой встречи с испанским королем попытался его убить. Когда был остановлен, он объяснил свой поступок тем, что король у него сразу вызвал крайнее отвращение.
Читая у Плутарха об обычаях спартанцев, испытываешь желание немедленно истребить весь этот народ; к счастью, об этом уже позаботились боги.
Особенно впечатляет спартанское чувство юмора:

А вот примеры колких, но не лишенных изящества памятных слов, о которых я уже говорил выше. Какой-то проходимец донимал Демарата нелепыми расспросами и, между прочим, все хотел узнать, кто лучший из спартанцев. «Тот, кто менее всего похож на тебя», — молвил наконец Демарат. Агид, слыша похвалы элейцам за прекрасное и справедливое устройство олимпийских игр, заметил: «Вот уж, впрямь, великое дело — раз в четыре года блюсти справедливость». Один чужеземец, чтобы выказать свои дружеские чувства, сказал Феопомпу, что у сограждан он зовется другом лаконян. «Зваться бы тебе лучше другом сограждан», — ответил Феопомп. Сын Павсания Плистоанакт сказал афинскому оратору, назвавшему спартанцев неучами: «Ты прав — из всех греков одни только мы не выучились у вас ничему дурному». Архидамида спрашивали, сколько всего спартанцев. «Достаточно, друг, чтобы дать отпор негодяям», — заверил он. По шуткам спартанцев можно судить и об их привычках. Они никогда не болтали попусту, никогда не произносили ни слова, за которым не было бы мысли, так или иначе заслуживающей того, чтобы над нею задуматься. Спартанца позвали послушать, как подражают пенью соловья. «Я слышал самого соловья», — отказался тот.

По-моему, примерно так шутил Терминатор и другие персонажи Шварцнеггера.

4:17pm: 99% is shit

Довольно точно: жанр — то, что Бахтин называл «память литературы» — вообще уже не важен. Книг так много, что держать память в «настроенном» состоянии мало кто может; проще вообще ее игнорировать. И поэтому каждый раз — новый, с чистого листа.
Лев Данилкин

Мне совершенно непонятно, как можно через два месяца после выхода книги публиковать в каком-нибудь толстом журнале статью уважаемой Аллы Латыниной с обстоятельным разбором текста. Да этого текста уже не существует, о чем вообще речь? Сейчас книжный рынок настолько переполнен, что каждый день появляется две-три очень качественные книги. Какие текстовые и контекстуальные нюансы могут в такой ситуации оцениваться?
Анна Козлова

Tis most true, tenet insanabile multos scribendi cacoethes, and [72]"there is no end of writing of books," as the wiseman found of old, in this [73]scribbling age, especially wherein [74]"the number of books is without number," (as a worthy man saith,) "presses be oppressed," and out of an itching humour that every man hath to show himself, [75]desirous of fame and honour (scribimus indocti doctique——) he will write no matter what, and scrape together it boots not whence<...>
"What a company of poets hath this year brought out," as Pliny (61/63 - ca. 113!) complains to Sossius Sinesius. [94]"This April every day some or other have recited." What a catalogue of new books all this year, all this age (I say), have our Frankfort Marts, our domestic Marts brought out?
Robert Burton (1577–1640)

По-моему, утверждение "в наше время пишут столько книг, что нет смысла даже пытаться в них разобраться" может по древности сравниться с "теперешняя молодежь -- совсем не та, что мы в наше время".

Практически все культурные продукты, производимые современностью -- абсолютно бессмысленны и бесполезны. Это высказывание было равно верно в любой исторический момент. Иллюзия новизны такой ситуации возникает только потому, что дерьмо так хорошо смывается, что без специальных усилий нельзя и догадаться, что оно было. Это не значит, что побег от "безумной толпы" увеличивает шансы на бессмертие, а сочинение "актуального" делает его невозможным -- иногда ровно наоборот. Но вот эта мысль о том, что раньше литература (или любое другое искусство) была аристократическим занятием немногих, а теперь все поглотил шум, с которым нужно либо бороться, либо смириться -- совершенно абсурдна.

10:42am: пластичное
Ходил пару раз на выступления контактных импровизаторов. Вот оттуда несколько фотографий.


( +7 )

1:18pm: Четверостишия
Общей сладкой тайны
Тень в твоих глазах:
Нет, не сон случайный
И совсем не страх.

Не обман, не сговор,
Не болезнь, не ложь:
Первой жизни говор,
Узнаванья дрожь.( Read more... )